vmest.ru страница 1страница 2страница 3
скачать файл



Приходовская Екатерина

СТУПЕНИ
БЫТИЯ


Избранные стихи 1999 года

СОДЕРЖАНИЕ

Глава 1 Мы кровавыми буквами пишем историю…..3


Глава 2 Впитала кровь земля…………………………33

Глава 3 Свет пробуждения минутного………………62


Глава 4 Любовь и музыка…………………………….93
Глава 5 Руины прошлого……………………………112
Составитель Приходовская Т.М.

Глава 1.

Мы кровавыми буквами пишем историю

*****


Горела ночь. Клубился дым кровавый,

Как сгусток крови, багровела тьма;

Близки дороги гибели и славы,

Давно свободой вскормлена тюрьма.


Ни слёзы, ни проклятья, ни моленья

Не долетят до нашей высоты.

С земли вздымаясь, силой разрушенья

В небесный рай вонзаются кресты.


Испепелённый мир лежит под нами,

Беззвучно смерть из Космоса зовёт,

И мёртвыми, кровавыми ступнями

Мы попираем чёрный небосвод.

*****

Нас учат не шуметь и не роптать,



И верить господу и господину,

Чтоб мы себя давали запрягать

И под удары подставляли спину.

Смиряйтесь, верьте! – церковь нас звала,

Бог видит паству, что внизу пасётся,

Он видит всё и не допустит зла,

Он справедлив, и праведный спасётся…
А на чёрных виселицах

Смёрзшиеся трупы,

И в снегу кровавом

Стонут города…

Небо только веселится,

И над нами будто

Светлый, чистый купол изо льда.
А мы, выходит, овцы? Мы – скоты?

И нас растят кому-то на жаркое?

И мы должны жевать свои кусты

И пребывать в бездумье и покое?

Мы – паства, да! До срока нас пасут,

Сулят нам рай, к смиренью призывают,

А срок придёт – на жертвенник несут;

Жрецы свои обязанности знают.


А на чёрных виселицах

Смёрзшиеся трупы,

И в снегу кровавом

Стонут города…

Небо только веселится,

И над нами будто

Светлый, чистый купол изо льда.
Да, небо располневшее спокойно:

Как много жертв ему принесено!

Религия подстёгивает войны:

На жертвенниках пламя зажжено.

Нас учат в справедливость божью верит,

На алтари с улыбкой восходить.

Молиться на светлеющее небо,

Подставить щёку и врагов простить…


А на чёрных виселицах

Смёрзшиеся трупы,

И в снегу кровавом

Стонут города…

Небо только веселится,

И над нами будто

Светлый, чистый купол изо льда.
Над миром поднялась больная гарь,

Сгорают души чёрными ветрами,

А пепел вновь ложится на алтарь,

В ревущее вихрящееся пламя.

Как трудно погасить его столбы,

Но надо, надо – голыми руками!

Мы против всемогущества судьбы,

А воля и идея – рядом с нами.

А на чёрных виселицах

Смёрзшиеся трупы,

И в снегу кровавом

Тонут города.

Шепчут о победе

Стынущие губы;

Смерть непобедима

Не всегда.

*****

ПО ПОВОДУ АГРЕССИИ НАТО В ЮГОСЛАВИИ



-1-

Их не унять. Ещё одни вандалы

Мир в жажде власти втаптывают в кровь.

Склонили молча головы вассалы.

Россия! Ты одна осталась вновь.
Лишь на тебя остались упованья,

Твои слова значительны пока;

Но ты молчишь… Убийственно молчанье

И безучастный взгляд издалека…


-2-

У нас не осталось силы,

У нас не осталось славы.

Позорно молчит Россия,

А Хищники вечно правы.
От нас так ждали участья –

Силой, не разговорами!

Но что нам славяне-братья

Пред западными «партнёрами»!


И не утихнут пожары.

Не прекратятся налёты.

Мы сносим плевки и удары

В безвольной тиши дремоты.


Россия! Когда ты смирилась,

Замкнула уста печатью,

Спокойно смотреть научилась,

Как головы рубят братьям?..


-3-

Нет, не всегда бездействие нейтрально.

Бездействие преступно может быть!

Тот, кто к врагам относится лояльно,

Сам преступленье может совершить.
Врагам молчанье развязало руки,

Их преступленья лягут и на нас –

Все судьбы, смерти, слёзы, кровь и муки,

Которые свершаются сейчас.

*****
ОТ ИМЕНИ ГРАЖДАН ЮГОСЛАВИИ

Да где же вы, товарищи? Не слышите?

Как гибнут люди, как горят дома,

Как вой несётся над ночною Приштиной,

Как смерть несёт грохочущая тьма?..
Хоть кто-нибудь, услышьте и откликнитесь!

Вас много, вы сильны, - а мы одни.

Вы с этой безнаказанностью свыкнитесь, -

И к вам придут с оружием они.


Мы не слабы, но нас затравят сворами,

Их много, их содержит целый мир!

Вы заняты пустыми разговорами,

И каннибалы длят кровавый пир.


Очнитесь же! Что нам слова красивые –

Они ведь самолёты не собьют.

Лишь обещания красноречивые,

А люди гибнут, и враги не ждут.


Нет, как же! Вам дороже инвестиции

Из грязных рук, кровавых до плеча;

От братьев торопитесь откреститься вы,

Чтоб не терять доверье палача.


Не слышите лишь наших просьб о помощи,

Не глухи к Вашингтону вы отнюдь.

Растёт заокеанский скорпионище,

И всей земле открылся смертный путь.


…А вы молчите! Или вы не видите?!

Что на земле свершается сейчас!

Боитесь? Из убежища не выйдите?

А кто тогда?! Нет силы кроме вас!


Опять сирены стонут в небе Приштины,

От взрывов сотрясается Белград.

Но вы спокойно спите. Вы не слышите,

Как города под бомбами горят.

*****

Могилы. Могилы. Могилы.



Бессильные слёзы навзрыд.

Пожары ещё не остыли,

И смерть из развалин глядит.
А ночью от грозного воя

Опять захлебнётся страна.

Земля запекается кровью,

Встаёт огневая стена.


Проклятие их произволу!

Их много, упитанных псов,

Прошедших хорошую школу

Убийств и подслащенных слов.


Скрутили и ноги и руки,

Но мы не сдадимся врагам.

Страшны эти смертные муки –

Страшней покорение нам.


Мы ищем последние силы,

Нас топят в крови и огне.

Молчит за спиною Россия.

Горят города в тишине.

*****

И вот опять взрываются дома,



И зыбкий свет в горящих окнах вьётся,

И снова вся земля сошла с ума,

И встал фашизм, и снова к власти рвётся…
В руины оседают города,

И плачут дети от ночной тревоги,

Во сне им кровью кажется вода…

А днём осколки уберут с дороги.


И трупы захоронят под землёй,

И встанет свет над стенами развалин,

А ночью снова – грохот, пламя, вой:

Воскрес фашизм… Жаль, не воскреснет Сталин!


И будет ослабевшая Россия

Искать дипломатических путей…

Но псы смирятся только перед силой,

А без неё срываются с цепей.


Переговоры с бешенной собакой

Агрессии её не прекратят.

Мы мечемся в позиции двоякой,

И ни вперёд не ступим, ни назад.


Мы шлём улыбки западным «партнёрам»,

А там, где по ночам бомбят и жгут,

Теряя счёт бесцельным разговорам,

Военной помощи напрасно ждут.


Нам говорят: «Страна в войну не вступит»,

Но как фашизм заставить замолчать?

Власть распродаст Россию, запад – купит,

Подобный «мир» хотят нам навязать.

*****

Кому-то отдан мир на произвол,



Никто ни от чего не застрахован.

В ответ молчанье каждый предпочёл,

И враг в своих движениях раскован.
Открыто убивали, на глазах,

И город весь гудел и выл от взрывов,

А мы блуждали в немощных словах,

Боясь дипломатических разрывов.


Бомбили «миротворцы» и «друзья»,

Дымились смертью чёрные руины,

Мы блеяли, что, в общем, так нельзя,

Ещё дрожа от виденной картины.


С позиций силы хищники правы,

Но что же мы молчали так бесславно,

Когда могло решение Москвы

Из летописи вырвать лист кровавый?


И люди бы могли не умирать,

И не гореть больницы и заводы…

А впрочем, дали нам пример опять

Побед «демократической» свободы.

*****

Ничего не осталось.



Только смерть и развалины,

Зыбкий ужас и жалость,

И бесплодность проклятия.

Не услышаны небом – и немы на земле.

И весною от крови

Багровеют проталины,

Сколько жертв Иегове

Улетело в объятия!

Вместо манны небесной бомбы рвутся во мгле.

И сирены по мёртвым

Воют целыми сутками,

Точно кровь из аорты,

Боль из душ выливается.

Но заставить нас сдаться и война не вольна.

Нас кормили так долго

Обещаньями, шутками,

Чувство братского долга

Никого не касается,

Все хотят отмолчаться, и страшна тишина.

Тишина – наша гибель,

Боль детей искалеченных,

Чья-то вольная прибыль,

И пример демократии,

Преступлений прощённых мировой произвол;

Но конец геростратам,

Хоть и увековеченным,

Непременно настанет,

Не всесильны каратели;

Не сдадутся славяне, кто б с мечом ни пришёл.

*****


Не довольно ль считать могилы

И щадить и прощать убийц?..

Сколько скрытой лучится силы

Из слезами изъеденных лиц!..


Сколько гордых стоит на коленях,

Сколько честных живёт грабежом!

Прочь на совесть наклеенный ценник!

Мы живущих к прозренью зовём!


Хватит жалоб! Не жалоб страшится –

Обвинений преступная власть!

Долго плачет тюрьма по убийцам.

Их – судить, и карать, и проклясть!


*****


О, бойтесь нас, приученные ездить

На наших окровавленных хребтах!

Мы отучились ждать, прощать и грезить.

Проклятье стиснуто в голодных ртах.


Мы не простим отчаянье и муки,

И обещаний жалкие слова.

У вас есть кнут – зато у нас есть руки,

У вас венец – у нас есть голова.


Вы убивать умели под наркозом,

Когда народ бездействен, слаб и слеп.

Но бойтесь нас! У нас иссякли слёзы.

История печёт кровавый хлеб.

*****

Когда велят, нетрудно онеметь,



А разрешат – кричать и возмущаться.

Как выгодно порой талант иметь

Повсюду, как микробы, приживаться.

То бусурманам обещая ад,

Поклоны отбивать святому праху,

То, набожно листая Шариат,

Молитвы слать всесильному Аллаху.

Задачи всех религий и властей –

В инертной массе выровнять людей,

Чтоб весь народ запрячь одним ярмом

И доставать до каждого кнутом,
Следить, чтоб все похрюкивали в лад,

И удалять шагнувших невпопад.


Всегда вставай на место, в нужный ряд,

Живи как все – и ничего не надо!

Что говорит вышестоящий зад –

То эталон для блеяния стада.

Но почему-то снова и всегда

Находятся живущие в разладе,

Которые шагают не туда

И блеять не умеют по команде.

И хоть они не знают в жизни счастья

И чаще попадают на погост

(Ведь головы снимают очень часто

Выравнивая нас под общий рост),

Но быстро, неуклонно, с каждым годом

Растёт непокорившихся число;

И слава пробудившимся народам,

Которым в тягость упряжь и седло!

*****
МОНОЛОГ
Лакеи читают заповеди

В улыбке лоснящихся уст,

А я, умиравший на паперти,

Не знал, кто такой Иисус.


И мне всё равно Иисус ли там,

Иль прочий какой-то бог.

Человеком рождён я, не сусликом –

И выброшен за порог.


Не у бога прошу я милостыни

И не ради Христа!

Люди жаждут остаться чистыми,

А вокруг нищета.


Людские мирки разомкнуты,

Уют свой каждый блюдёт.

Ни гнева, ни робкого ропота –

А жизнь под откос идёт.


Никто не крикнет неистово:

Смотрите – вот власть довела!

Желают остаться чистыми,

Идут по своим делам.


Всё тихо, пути расчищены,

В сторонке, куда не глядят,

Сидят неподвижно нищие,

Не плачут и не кричат.

Иные, с глазами печальными,

Грош бросят дрожащей рукой.

В них жалость – а не отчаянье,

Что же творят со страной!


Лакеи читают заповеди,

На идолов льют елей.

А я, умиравший на паперти,

Я верю только в людей.


В их правду, в их силу решимости,

В уменье терпеть и сметать,

В сознание необходимости

Единым движением встать.

*****

Когда бы мы преступникам прощали



И не делили бы добра и зла,

Врагам вторую щёку подставляли,

Страна б от бога помощи ждала –
Мы были бы растоптаны врагами,

И зло давно бы победило свет.

Когда Россию топчут сапогами,

У нас на всепрощенье права нет.

*****

Несётся обезумевшее небо



И в землю бьёт…

Восходим мы без страха и без гнева

На эшафот.
Там, под ногами, судьи суетились:

«Кончайте их!»

А наши петли в нимбы превратились,

В клеймо святых…


Ведь нимб не только светится красиво,

Он больно жжёт…

Остановилось небо над обрывом;

Сиял восход…

                               

*****


ТЕРАКТ

Они не плакали. Издалека

Смотрели, как замедленные кадры,

Как пыли поднимались облака

Над стенами разрушенной громады.

Как там, где жили люди миг назад,

Зияло небо цвета мёртвой тины,

И видно было, как внизу горят

Живых и мёртвых скрывшие руины…

Потом настанет день, и минет срок,

И слов в них будет сказано немало,

И будет жертвам подведён итог,

Кровь вымыта, расчищены завалы.

И будут люди плакать о родных,

И будет траур литься по России,

И боль о мёртвых с болью о живых –

Смешаются страдания людские.

Живут вершители кровавых дел,

Осталось безвозмездным преступленье.

Но кто ответит за десятки тел,

За скорбь живых, за умершие семьи?

Вчера здесь жили люди. А теперь –

Развалины. Безмолвие. Безлюдье.

Никто не возместит людских потерь,

И тщетно говорить о правосудье!

И волнами накатывает страх,

И будущее шатко и кроваво,

И матери над мёртвыми в слезах,

И Родина в объятиях удава…

Истощены запасы слёз и слов –

Всё новые трагедии и взрывы,

Потоки извещений и гробов, -

Лишь способ необузданной наживы.

*****


Над могилами придорожными

Зацветают весной тополя.

Птицы песни лепечут несложные,

Зарастает травою земля.


Камни, надписи, стёртые временем,

И железные звёзды вверху…

Солнце выше людского забвения,

Гробовому подобно венку…


Положила над миром история

Ослепительный, вечный венок…

Минет грязное, подлое, чёрное,

Свет и вечность – наш высший итог.


Вы, отжившие, зорями ясными

Поднимались на битвы свои.

А теперь меж скрещёнными трассами

Серый камень и зелень земли…


Ну и пусть! Золотая и звёздная,

Снова льётся по небу весна.

И дорога, большая и грозная,

Нам ещё впереди суждена.


И в грядущей кровавой сумятице

Мы найдём свою правду и твердь,

Не молить о пощаде, не прятаться:

Смерть врага – или наша смерть.


Нами страшные пропасти пройдены,

Льётся кровь, вьётся пламя и дым.

К трибуналу предателей Родины!

Мы спасём её, мы победим.

*****

А потом над распятыми душами



Будет каркать в чаду вороньё,

Их, как песни надгробные, слушая,

Мы воздвигнем бессмертье своё…
Мы до смерти не сложим оружия.

Права нет опускать карабин!

Кровь и грязь растекаются лужею

Под завалами свежих руин.


Мир дымится, багровый, всклокоченный,

Кто-то снова командует – пли!..

…А останется – возле обочины

Серый камень и зелень земли.


*****


Ей виделись в объятиях смертей

В огне и страхе скорченные люди,

И ломится душа, казалось ей,

Из стиснутой горячей болью груди.


Она смотрела в молчаливый дол,

Когда заря прощалась с небесами,

В грядущем видя смерть и произвол,

И плакала бессильными слезами.


Мы получаем кровью и войной

Истории жестокие уроки,

И плачут безголосые пророки,

Отвергнутые нашей глухотой.

*****

Как хорошо не думать о судьбе,



Считать свои игрушки – не потери,

И никогда не говорить себе,

Что в пыль распалось всё, во что ты верил.
И никогда не плакать о былом,

И не разочаровываться в людях,

И в чистых грёзах, в забытьи святом

Не знать, что в жизни этого не будет…


Не понимать, что значит нищета,

И что такое страх пред неизбежным,

Не знать, где в мироздании безбрежном

Последняя, предельная черта…


Без содрогания смотреть вперёд

И счастья не искать в воспоминаньях,

Не знать, как раскалённой болью жжёт

Раскаянье в поступках и желаньях,


Не подводить ударам страшный счёт,

Которых залечить уже не в силах,

Не знать, как время медленно ползёт,

Как тихо воет ветер на могилах…


И никогда не заносить руки

Для радостного самобичеванья,

Когда душа, в разрывах от тоски,

Заходится от страшного молчанья…


Не горбиться под тяжестью вины,

Оставшейся навеки непрощённой,

Не выть на равнодушный диск луны,

Ночными облаками окружённый…

И никогда себя не хоронить,

И не склоняться под хлыстом невежды.

Не знать, как в душах, обессилев жить,

Как вырубленный лес лежат надежды.


Как хорошо, когда душа чиста,

Когда лучится доброй сказкой детства;

Пусть победят добро и красота,

И люди уничтожат людоедство…


Но всё не так! И у детей порой

Нет сказки и безоблачного неба,

Когда они с протянутой рукой

У взрослых просят жалости и хлеба.

*****

Как много нищих в наших городах!



Во что теперь Россию превратили!

Играет золото на куполах,

И храмы возрождаются в России.
А нищие, несчастные, больные

Садятся с шапкою на мостовые,

И в холод, и в жару, и в снег, и в грязь

Незримому всевышнему молясь…


Бог равнодушен к мольбам матерей.

Молчит он, безголосый и безликий.

И смотрят с золочённых алтарей

Бесстрастные, невидящие лики.


Ждут помощи живущие убого,

Но милостыню просят не у бога.

И уповают все в нужде своей

Не на Всевышнего, а на людей.

*****

Рассветает. Над вымершей пристанью



Тихо белые чайки кричат.

Мир одет в белоснежное, чистое –

Вечно чист погребальный наряд…
Ненадёжность - в неведомом, в будущем,

Где сливаются небо и грязь…

Где судимым ты будешь и судящим,

Где черта ещё не подвелась,


Где весы ещё будут колеблемы,

И потоки не скованы льдом,

Устремляются к морю – неведомым,

Некрасивым, неверным путём…


Жизнь канатом над бездной колеблется,

Прогибаясь под тяжестью тел.

Кто в сраженьи был с крыльями мельницы –

Тот на них в небеса улетел.


И, кругами бродя по пустыне,

Веря в пастырей, поводырей,

Только раз мы стоим на вершине –

На вершине Голгофы своей.

*****

Мы плаваем в блуждающих огнях,



В морях огней мерцающей Вселенной,

В бесчисленных кочуем временах

Дорогами столетий – и мгновений.
Себя мы любим центром называть

В любой, едва открывшейся системе;

Хоть не себя – богов своих поднять

До высшей в мироздании ступени.


Как много их в бесчисленных мирах –

Богов, божков, царей и властелинов!

И каждый мир в верховных божествах

В своих размерах видит исполинов.


Мы идолов возносим на костях,

Не видя, что они нам бесполезны,

Бредём в увядших лавровых венках

И держим в обессилевших руках

Немытые, ржавеющие жезлы.
Вернуться – поздно, каяться – смешно,

Мы движемся к неведомым планетам

И солнцем мним себя, хотя давно

Не светим даже отражённым светом.


Но кончен срок, секунды цепи рвут;

И умирая, мы ещё бессмертны…

Огни… И по течению минут

Обломки наших идолов плывут,

Низверженных и превращённых в жертвы.

*****


Мы летим в преисподнюю

с визгом, лязгом и грохотом,

В искажённом сиянии

запоздалых огней,

И надежды бесплодные

оглушительным хохотом,

Умирая и падая,

подгоняют коней.

Время смотрит чудовищем

из глубокой расщелины,

Угрожающе щупальцы

шевелятся во мгле,

Друг на друга живущие

как собаки ощерены,

Рай на небе не купится

нищетой на земле.


И не хочешь в отшельники –

мир толкнёт в одиночество,

Изнурит тебя голодом

и исхлещет бичом.

Нам давно совершенного

и прекрасного хочется,

В пене страха и холода

мы идём напролом.

Или сломим заслоны мы –

и войдёт совершенное

Жрицей в храм мироздания,

светом в души людей,

Или душам изломанным

подадим в утешение

Золотое сияние

запоздалых огней.

*****

Мы снова ждём пришествия волхвов,



Мы снова ждём явления Мессии.

Да, часто так – в хлеву, под вой и рёв,

Среди скота рождаются святые.
Их часто запрягают в доброту,

Они везут иудины кортежи,

А в срок, уподобляя их скоту,

Приносят в жертву или просто режут.


Зачем мы ждём пророческую весть?..

Ведь мы не любим подлинных пророчеств.

Живым пророкам предназначен крест,

А мёртвым – поклонение и почесть.


И вечно будут пастыри искать

В убийцах – правых, в жертвах – виноватых,

И нового Мессию распинать

Во имя тех, давно уже распятых.

***** РАСПЯТЬЕ

Наплывала сизой мутью быль и небыль,

Вспыхнул алыми листками чёрный стебель,

Где-то выли о рожденье и распятье,

Мир схватил меня – в петлю или в объятья?..
Прах и пепел смерть несла с кровавой жатвы.

Как легко писать чужою кровью клятвы!

На кресте моём нагадили вороны.

Ветер нёс с земли проклятия и стоны,


И кружило их и искажало эхо,

Превращая в отголоски смеха…

Плыли тучи – как нахмуренные брови,

В низком небе, багровеющем от крови…


И лицо и руки, вея над крестом,

Смерть вылизывала тёплым языком.

Каракатицей ползло слепое время,

На паучьих лапках солнце шло над всеми,


И лучи его хватали лица, царства –

И несли с собой в бездонное пространство.

По воде и небу плыли отраженья,

Мир до рвоты ускорял своё круженье,


Поп почёсывал раздувшееся брюхо

Для отца и сына и святого духа…

На крестах церквей блестела позолота,

И святую воду брали из болота,


Пятна крови с позолоты быстро смылись,

Как легко и быстро люди научились

Черпать истину в иудиных речах,

Распинать на позолоченных крестах.

*****

От нас так часто боги просят жертв,



А к жертвующим жизнь неблагосклонна:

На алтаре горел ты столько лет –

И пеплом вмиг развеялся, сожжённый.
Вся жизнь – алтарь; и каждый миг, горя,

Частицы сердца ввысь уходят дымом;

Мы никогда не сходим с алтаря,

Кому-то жертвуя невозвратимым...

*****

Когда в сплетенье судеб и страстей



Теряем мы последнее обличье,

Нас покрывает плесень безразличья

Осадком ядовитых прошлых дней.
Устав меняться масками идей

И примерять на душу драпировки,

Мы медленно отходим от людей,

Как поезд от крикливой остановки.


И жизнь уходит медленно назад –

И битвы, и падения, и счастье;

Последние святыни догорят,

И жизнь и смерть совместно укрепят

Над вымершей душою двоевластье.
Как город вымерший, без населенья,

Но сохранивший целыми дома,

Как внешность мёртвая без наполненья,

Реальной смерти будет ждать она.


И ни страданий, ни надежд, ни страха

Не остаётся гибнущим сердцам.

Прошедшее - ветра развеют прахом,

А будущее – недоступно нам.

*****

Мы кровавыми буквами пишем историю,



Когти рвём на подъёмах до большой высоты,

Мы сплетаем с реальностью фантасмагорию

И в случайных паденьях ломаем хребты.
Всё на нашем пути завершается гробом, -

Вспышки пылкой души и большого ума…

Люди мы – зверобоги, титаны, микробы,

Тьма названий у нас, да и сущностей тьма.


Кто же страшный наш идол, безжалостный Молох,

Чьи жрецы раздирают сердца изнутри,

Кожу рвут с наших душ, беззащитных и голых,

И бросают её на свои алтари?


Храмы наших надежд, сладкий дым фимиама, -

Всё рождалось для тех же жестоких божеств;

Боги требуют жертв, а не гимнов и храмов,

Тёплой крови людской – не хвалебных торжеств.


Мы кровавыми буквами пишем историю,

Мы порой достигаем большой высоты,

Мы реальностью делаем фантасмагорию

И в последнем полёте ломаем хребты.



Глава 2. Впитала кровь земля
*****

Я плакать не хочу. Довольно на земле

Смиренно плачущих, встающих на колени.

Невысоко взлетишь на купленном крыле;

От многого в пути зависят тени.
Кто движется, как тень своей судьбы,

В пыли дорожной под ногами вьётся,

Кривится на буграх, взбегает на столбы,

Зависимый от ветра и от солнца –


Тот будет жить, и двигаться, пока

Свет кормит тень собою неизменно.

…А утром набежали облака.

Исчезла тень – бесследно и мгновенно.

*****

Мы долго шли по тлеющему небу



Навстречу поднимавшейся заре.

Расплата за миражную победу –

Горение на стынущем костре.
За достиженье целей и желаний,

Страдая, и сражаясь, и любя –

Жизнь слишком редко балует дарами, -

Мы платим ей частицами себя.


Но больно жить надеждой, а на деле

Ценой свободы, жизни, красоты

Платить за недостигнутые цели,

Платить за несвершённые мечты.

*****

Горят сквозь сумрак жёлтые глаза,



И катятся из полночи тревоги;

От пыли потускнели образа,

Ушли в торговлю спившиеся боги.
За золотом в погоне дикари

Переливают статуи в монеты,

Ростовщиков своих поют поэты,

Богатства добываются в крови.


Растоптано величье красоты –

Осталось лишь ничтожество подобий

Да ветхих, покосившихся надгробий

Истерзанные временем кресты.


Их некому оплакать и прославить,

Прохожим деловитым всё равно,

Здесь даже лавку думают поставить,

Чтоб можно было выпить заодно.


А в городе мерцают фонари,

И люди хлеба просят на дороге,

И жизнями торгуют дикари,

И умирают спившиеся боги.

*****

ЦИКЛ ГИМНОВ


-1- Гимн обывателя

Как хорошо сидеть в вечерний час

В уюте электрического света,

И тихо, не перетруждая глаз,

Читать о бурях, бушевавших где-то.
Открыл газету – хочется закрыть:

Политика! Опять пикет на снимке!

Охота людям жизнь себе мутить…

А я как раз вернулся с вечеринки.


Опять к чему-то призывают Русь,

Бастуют, митингуют…Сколько можно?

…Да, выпью аспирин! А то, боюсь,

Мороженное ел неосторожно…


-2- Гимн предпринимателя

Прибыль. Убыток. Магический круг!

Прибыль. Убыток. Курс доллара падает…

Долг мне скосили процентов до двух,

Что уже радует.
Что? Коммуняки вылезли опять?

Опять им всех и вся разбить на взводы,

Опять пойдём в очередях стоять

Взамен пришедшей рыночной свободы?


Опять нам уравниловку принять

И заковаться в кандалы законов,

И сто рублей зарплаты получать

Взамен текущих вольно миллионов?


Прибыль. Убыток. Магический круг!

Прибыль. Убыток. Курс доллара падает…

Долг мне скосили процентов до двух,

Что уже радует.


Что? Им не платят? Ну и что стонать?

Работают пусть лучше, а не ноют,

А то ещё решили – бастовать!

Ущерб все наши прибыли покроет.


Прибыль с торговли Россией идёт,

Цены на русскую землю не падают…

Скоро в продажу поступит народ,

Что очень радует.


-3- Гимн отца-настоятеля

Согласие и примирение!

Прощение и единение!


Сыны Господни, все в миру одном!

Не гневайтесь, смиритесь пред врагом.


Согласие и примирение!

Прощение и единение!


-4- Ответ народа

Нет, мы не будем руки лобызать,

Под кнут хозяйский головы не склоним.

Терпеть нам надоело и молчать,

Мы в собственных слезах и крови тонем.
Не бесконечно могут господа

Испытывать терпение народа;

Таилась наша ненависть года,

Но вместе с тем, взрастала год от года.


И долгий срок истёк, пришла пора,

Не быть нам бессловесными рабами!

Шли с молотка – дошли до топора!

К восстанию! Грядущее за нами.

*****
ПОЭМА О ДОХЛОЙ СОБАКЕ
Валялась дохлая собака у дороги.

Машины ездили, и люди мимо шли,

И не смотрели ни ничтожества, ни боги

На то, что гнило на обочине в пыли.


Ничья, случайная, ненужная, смешная,

Она немного прожила – почти щенок.

И если был бы рай, перед вратами рая

Она лизала бы архангелу сапог.


Иных собак мы почитаем, превозносим,-

Они скрываются в обличии людей.

А эта мало прожила, легко и просто,

И ничего в пути не нужно было ей.


Своя судьба, свои мечты, свои печали,

Дела, надежды, мысли, счастье, торжество…

Но никогда её нигде не замечали –

Лишь потому, что не кусала никого…


Она бежала по асфальтовым дорогам,

Глядела в мир, о чём-то думала она…

Как много голода, а радости немного,

Но хорошо, что потеплело, что весна…


Ей было холодно зимой, ей было плохо,

И в лапы нос дрожащий прятала, спала…

А мы оценим равнодушным словом - «сдохла» -

Исчезновение живого существа.



Ну что ж, и мы за кость грызём друг друга в драке,

Всю жизнь ища повсюду пищу и приют,

И души мёртвые, как дохлые собаки,

На всех обочинах невидимо гниют.
О людях меньше слов и слёз, чем о собаках;

Голодных псов не счесть, но что на них смотреть,

Когда и люди часто спят на свалках, -

Их почему-то некому жалеть…


Свои законы есть в звериной клетке:

Лизаться к сильным, слабых – не спасти,

И слабые всегда грызут объедки

За теми, кто дорвался до кости…


На злых собак легко найти управу,

Трудней очистить мир от подлецов.

Легко бывает заработать славу

Длиной когтей и остротой зубов!


И там одна задача – быть бы живу,

Тебя чтоб в драке не схватили в пасть

Те псы, над нами рвущие наживу,

Зубами раздирающие власть.


Они привыкли, устремляясь в драку

И капитал деля между собой,

Живых людей, как дохлую собаку,

К обочинам отшвыривать ногой.

*****

Как часто мы мечтаем о всесилье,



О счастье, о безоблачности дня!

Но не возносят восковые крылья,

Они боятся солнца и огня.
Те волны, что на смерть швыряет ветер,

Лишь разбиваясь, стачивают риф,

А Фаэтон тогда обрёл бессмертье,

Когда сгорел, полнеба осветив.


Мы греемся у огонька мечтаний,

Но, чтоб сиять, мы не хотим гореть,

А свет и тьма контрастны лишь на грани,

Бессмертие дарует только смерть.


Бескрылые, как часто из низины

Завистливо мы смотрим на звезду.

Гореть так больно! Это не учли мы,

Что лишь в аду огни неугасимы.

Не звёзды ли рождаются в аду?
Трудна победа над самим собой.

Но стоит ли выигрывать сраженье,

Когда, победно завершая бой,

Одновременно терпишь пораженье?..

*****

Навозом, перемешанным в земле,



Мы умножаем красоту растения.

Всё лучшее всегда жило в дерьме;

Но не всегда дерьмо есть удобрение.
Когда же мир добьётся своего, -

Рыдают палачи над мёртвым гением;

И грязь, которой мазали его,

Потом провозглашают удобрением…


А в жизнь спешат, внося свои мечты,

Стремящиеся к свету поколения,

Но трудно новым всходам красоты

Пробиться через толщу удобрения…

*****

Слышите – маршем извылся оркестр,



В ногу процессия чёрная движется.

Плач, как нежданная страшная весть,

В душах на нервы мучительно нижется.
Смерть хоронила сегодня земля.

Смерть умерла. Просочилась в поля,

В братских могилах травой проросла,

Тихо на кладбище в землю легла.


Бей же, оркестр, труби и плач!

Умер со смертью её палач.

Живы мы! И с похорон во мрак

Долго чеканим усталый шаг.


*****
Цветут поля. Звенит ночная даль,

Глядит на звёзды мечущийся Гамлет.

Вращается и ширится спираль,

А человек прекраснее не станет.


Он был таким и в сумраке пещер –

Весёлым, умным, любящим и ждущим,

От рук его, сквозь толщу битв и вер,

Зажглись огни в неведомом грядущем.


Всю ночь горели жаркие костры.

Недолго, беспокойно люди спали,

Порой жестоки были и хитры;

Но никогда продажности не знали.


Потом бежало время, мир взрослел,

И многих продавали на распятье,

Из гущи пепла, крови, мёртвых тел

Летели в небо мольбы и проклятья…


От смерти, сумасшествия, чумы

Шатались страны в мути истин лживых.

И погибали лучшие умы,

А кто-то, прячась в пепелищах тьмы,

Считал дневную прибыль от наживы.
Железным сапогом давила власть,

И люди восставали, умирали,

И к тем, кому судьбою было пасть,

Стервятники спускались по спирали.

А всё равно! Впитала кровь земля,

И поднялись над ней леса и рощи;

Звенит ночная даль. Цветут поля,

И мир не стал ни гибельней, ни проще.


И мы живём – слепы порой от слёз,

Порой оглохнув от сплошной бравады –

Не ради королей, не ради грёз:

Для высшей, чистой, человечной правды.


И в нас она; и нас она одна

Зовёт туда, к величию свободы.

Потом, когда наступит тишина,

Поднимутся невянущие всходы.

*****
КРУГОВОРОТ
-1-
Как трудно быть привязанным к кому-то,

Потом свою ненужность осознать –

И прошлого счастливые минуты,

Как золото в песке, в себе искать…


Но память не умеет утешать

И не щедра на золотые слитки.

До горечи смешно участья ждать

У наглухо захлопнутой калитки…


Сквозь ставни наблюдать из темноты

Чужие радости… чужие лица…

И звать чужой судьбой свои мечты,

Которые могли осуществиться…


Тропу от дома снегом замело,

Из сердца иглы солнечные вышли,

И на душе так пусто и тепло,

И в ней воспоминания излишни.


-2-
Нет, о прошедшем счастье не забыть,

Душа устала плакать, звать, молить

Слепое божество о возвращеньи…

Не перетёрлась будущего нить,

Зачем же этот мир не потопить

В слепящем, безграничном освещеньи!..


Жить – значит жить, высокой жизнью жить,

От счастья громко петь, от горя выть,

И не считать подарки и утраты…

Без устали мечтать, любить, творить,

Хоть больно знать, что мир не защитить:

Создателей заменят геростраты.


-3-

О, счастье! Ты рядом, ты близко, я верю,

Ты входишь, как солнце, в раскрытые двери,

И ты не проходишь мгновением мимо,

Любимые будут до смерти любимы,
И тяжесть, и горечь нежданных крушений –

На светлой мечте мимолётные тени,

Нет счастья далёкого, счастья чужого –

Всё счастье едино, от солнца, до слова…


-4-

Так мы смеёмся после похорон –

И в этом человечества живучесть.

Всё срощено в текучести времён

И это наша суть и наша участь…
Из вечности в сиюминутный мир

Мы проросли – и вновь врастаем в вечность,

Но ярок свет: и в недрах чёрных дыр

Из душ людских лучится человечность…


-5-

Мы приходим из тьмы, чтобы кануть во тьму.

Разве всё, что неведомо тьма? Почему?

Мы рождаемся из безграничного света

И уходим в бессмертие в светлом дыму.

*****
У СТЕН ЗАРОСШИХ


-1-
У стен заросших часто появлялась

Седая девушка в лохмотьях рваных

И в выцветшем, обтрёпанном пальто.

Она бродила вдоль стены, шатаясь,

Ругательствами сыпала в ничто,

В пустую тьму надгробий безымянных.


То хриплым, пьяным голосом кричала,

Пытаясь петь о чём-то позабытом,

И не могла запеть… Тогда она

Беззлобно, тихо плакать начинала

И бормотать чужие имена,

Стирая слёзы на лице разбитом.


То, каменную стену обнимая

Рукой, с кольцом на пальце безымянном,

Она кого-то с кладбища звала…

Её встречала тишина немая,

Она в крапиву падала, спала

И бредила во сне о чём-то странном…


А утром уходила в серый город,

В помойках рылась и просила хлеба,

Хватая проходящих за рукав…

А день был светел, радостен и молод,

Весенний свет по грязи раскидав,

Всё ширилось, всё поднималось небо…

-2-
Жди, безымянная! Сладостна ложь

О воскресении мёртвых.

Сколько таких ты на свете найдёшь,

Жерновом жизни растёртых!


Сколько разломов, разорванных вех

В будущих кладбищах улиц!

Плакать не больно. Ужаснее смех.

Смех – значит, все отвернулись:


Люди, судьба, даже тощая смерть –

Все исчерпались вопросы.

И остаётся со смехом смотреть

На ледяные торосы…


-3-
Душевных ран не лечит сказка,

Лишь нечувствительность даёт.

Не держит известь или краска

Обрушиваюшийся свод.


Замазать трещины несложно,

Но всё заметнее разлом,

И спрятать правду невозможно,

И гибнет под обвалом дом.


Смертельных ран не лечит сказка;

В мольбе не разжимаешь рук,

А души огненная маска

Сзывает в освещённый круг.

-4-
Кто говорит с кладбищенской стеной?

Ни имени, ни прошлого, ни дома.

Всю горечь воплотившая собой,

Тяжёлая, удушливая дрёма…


Быть может, Муза, голос потеряв,

Всего лишившись, о былом рыдает?

Иль чёрный ангел, из руин восстав,

Из праха мертвецов к себе сзывает?


Хранитель ли, сошедший с небосвода,

Сны мёртвым посылающий с земли?..

А может, то погибшая свобода,

Воскреснув, не находит колеи?..


Бушует над планетой чёрный ветер,

И в нашей смерти нет ничьей вины.

Останутся навеки – звёзды, дети

И призрак у кладбищенской стены.

*****

ЖИЗНЬ ИДЁТ



-1-
Нам кажется, так страшно умолкать,

Так страшно умирать среди цветенья…

Нам нужно жить, бороться, ждать, искать,

Терять надежды, обретать прозренье…


Но сердце перестало в рёбра бить

Тревогой, страстью, радостью, страданьем, -

И незаметно перетёрлась нить

В огромной, пёстрой ткани мирозданья.


Остались миллиарды на земле.

И мир весенний зеленью покрылся,

А ты, как пар мгновенный на стекле,

Мелькнул – и в неизвестном растворился…


-2-
Ничего не изменится в мире,

Облака – как размытая тушь…

Только небо становится шире

От сияния наших душ.


Мы – не плоть, мы частицы света,

Мы блуждающие огни;

Ни вопросов нет, ни ответов –

А зачем нам они?


Жизнь идёт по своим законам,

Жизнь не делит добро и зло.

Отчего иногда тяжело нам,

Отчего иногда светло?

Мы живём непрерывным гореньем

И несём его в небо с собой.

Оттого ли иным поколеньям

Солнце ярче горит над землёй?


-3-

………….


Какая неземная тишина!

Холодный свет всё чище, всё лучистей;

Лишь надпись полустёртая видна

И рваные сентябрьские листья…


А жизнь без них идёт своей тропой

И именами пишется иными,

Но высоко над миром, над собой,

Ты слышишь их и воспаряешь с ними…


Они тебя несут, как тёплый вихрь,

Туда, в их мир, в их прошлое, в их счастье…

Ты слышишь их, ты ощущаешь их,

Во всём, что есть – их жизни, их участье…


-4-
Зовут, раздирают, влекут за собой

Грядущее нас и прошедшее;

За веком своим, за толпой, за судьбой

Мы гонимся, как сумасшедшие…


Схлестнувшись, потоки нас топят порой

В гигантских воронках столетия.

При жизни нас время ведёт за собой,

А в смерти – в последнем сраженье с судьбой –

Мы время уводим в бессмертие.

*****


ПУШКИНУ
Легко легенды создаёт молва;

Как дёшевы посмертные легенды!

Сквозь громкие хвалебные слова

Не видятся гонения и беды.


Распявшие склонились над распятым.

Безвреден он теперь, и потому

Теперь о нём воспоминанье свято,

И люди поклоняются ему.


Как много было б гениев, когда бы

Живых их чтили так, как мёртвых чтут!

Вскрывая письма, знали ли жандармы,

Что этим лишь в историю войдут!


Гонения, и ссылки, и интриги –

Легенда возвышает даже зло.

Не выразят упитанные книги,

Как было страшно, больно, тяжело.


Иуда не пропал в пыли столетий

Лишь потому, что предал божество.

Поэт с собой на пьедестал бессмертья

Возводит и убийцу своего.

*****

Прошедшее заволокло туманом.



Грядущее – завеса миражей;

Алмазное окажется стеклянным;

Пусть мы мудры – а жизнь всегда мудрей.
Весь мир – пирог, разрезанный на части

Ножами человеческой вражды,

И тщетно ищем мы предвестье счастья

В сверкающем падении звезды.


Она падёт, рассыпавшись огнями,

И искры золотые догорят,

И всё, что было, снова будет с нами;

Ночь длится, несмотря на звездопад…


Мы, двигаясь бессмысленно в тумане,

Случайным столкновеньем огоньков

Вычерчиваем график на экране

Под взорами неведомых богов.


Но сколько б мы ни ждали, ни молили –

А жизнь всегда окажется права,

И новые ростки спасёт от пыли

Сухая придорожная трава.

*****

В заколдованных скалах, вдали от веселья и света,



В тишине и мо мраке, столетьями ненарушимом,

Тихий звон раздавался, и эхо под гулкие своды

Уносило его – вновь и вновь…
Где-то время бежало – а здесь не кончались минуты,

И рычаг, управляющий жизнью, стоял неподвижно,

Только тихие звоны могильную тишь нарушали –

Это капала кровь…

*****

О похоронах наших и о свадьбе



Один и тот же колокол звонит.

И о страданиях, и об отраде

Одна и та же песня говорит.
Одни и те же люди распинают –

И возвышают тех, кто был распят,

Одни и те же волки убивают –

И тут же лижут ласково волчат.


Нет истины в сказании о рае

И об абстрактном абсолютном зле.

Нам истина нужна своя, земная,

А крайностей так мало на земле.

*****

Мельчают души, иссякает боль,



И от богов остались пьедесталы.

И мы влачим бессмысленную роль,

Минутные теряя идеалы.
Где было счастье – остаётся смех,

Где трепетная вера – святотатство,

И горе не объединяет всех,

Иссохнув в мелководное злорадство.


Никто не будет истину искать,

Мечтая о величье, о свободе:

Что бисер перед свиньями метать?

Но у свиней теперь и бисер в моде.


Смерть – участь истин, что модны в хлевах,

Ведь истине в помоях не прижиться.

Горит её огонь в людских руках,

Погаснет он в раздвоенных копытцах…

*****

Болезненная сладость разлита



Вокруг имён, не знавших осужденья.

Чахоточным румянцем красота

Порою вызывает восхищенье,

Но скроется под крышкой гробовой

Её недолговечное цветенье,

И имена, изжитые молвой,

Погрузятся в бесславное забвенье.

Ни звёзды нам, ни молнии во мгле

Пути не озарят неверным светом;

И горе наше в том, что на земле

Зарницы часто кажутся рассветом.

*****


Кто видит в сумраке, как умирают души?

И кто хоронит их в хрустальных берегах?

Их горечь, боль и смерть невидимы снаружи,

Пустоты множатся в открытых зеркалах.


И как нам хочется, в огне последней страсти,

Заполнить стонами страдание в тиши,

Занять безумием богатства или власти

Пустое обиталище души.


Она ушла в ничто, остались только тени.

Как дом, чьи жители ушли в небытие…

Мы тихо падаем пред прошлым на колени,

Спиной к грядущему, в котором нет её.


А жизнь бежит, и по земле, как на аркане,

Сдирая ссадины до мяса по камням,

Нас тащит за судьбой, невидимой в тумане,

Вслед мчащимся вперёд крылатым лошадям.


Какой бы ни был путь – всегда приводит к бездне,

Нас тянет тяжесть оборвавшихся цепей,

И долго, падая, мы видим в поднебесье

Летящих белокрылых лошадей.

*****

Озарённая солнцем и песнями,



Расступилась рассветная высь,

И границы сознания тесные

Так легко под крылом разошлись…
И не надо ни ада, ни рая мне –

Зашумел на прощание лес,

Улетаю я с белыми стаями

В безграничную вечность небес…

*****

(К «Поэме экстаза» А.Н.Скрябина)


На земле отпевали меня; а душа унеслась

В безграничность сиянья звезды,

в бесконечность светила,

Похоронные звоны неслись через горечь и грязь,

Словно праздничным звоном по целому миру звонило.
Мир, как колокол, пел мою память; с моих похорон

Уходили уже обо мне позабывшие люди,

Я всё выше, всё выше вливался в серебряный звон,

И пусть будет, что будет… пусть будет, что будет…

*****

Гаснет прошлое огнями золотыми,



И заносит серой пылью города…

Тихой стаей, пилигримами седыми

Мы куда-то уплываем навсегда…
Мы оплачем безвозвратные потери,

Каждый миг себя по капле хороня,

Но, в последний миг в грядущее поверив,

Невредимыми вернёмся из огня…


Мы утонем в грязевом потоке судеб,

Мы растаем в наваждении весны,

Канем в свет, и ничего потом не будет,

И накатятся бессмысленные сны.


Из сияния бессмертия и счастья

Жизнь сгущается в холодный полумрак.

Гаснет прошлое, оно не в нашей власти,

И, быть может, хорошо, что это так…

*****

Болезненны мечтания, когда



Они бесплодно ждут осуществленья;

Они живут, как павшая звезда,

Величием прошедшего горенья…
Что недоступно – дорого всегда:

Несбывшихся надежд не забывают.

И долго нашу память сквозь года

Они неярким светом озаряют…


Воздвигнется прошедшего стена,

Мы возвратимся к ним, в душе хранимым:

И нас когда-то буйная весна

Звала вперёд – без отдыха, без сна,

К прекрасным, недостигнутым вершинам.
Иллюзиями часто мы живём,

Бессильно смотрим, как их пламя гаснет,

И меркнущие тени бережём

В реальности не найденного счастья.

*****

Белым дымом на сизую землю ложилась печаль,



Мир кружился и в звёздную пыль оседал под ногами;

Где-то лопнула цепь, раскрутилась стальная спираль,

И бредём мы, и мёртвые тени струятся за нами.
Что мы ждём впереди? Рельсы в мутной дали разошлись,

Где-то там, позади нас, исходная точка осталась;

В нашей памяти проблески прошлого счастья зажглись;

В жизни много нашлось. Лишь надежда одна потерялась.

*****

Как хочется воли, и счастья, и славы,



И чистого света…

Всегда, побеждая, ценою кровавой

Мы платим за это.
Живой огонёк наших лучших мечтаний –

В оковах таится,

Но плавит и цепи железные пламя,

Когда разгорится.


И в зыбкое небо уходят столетья

В едином теченье,

И жизнь разрезает всесилие смерти

На мелкие звенья…

*****

Я ничего из прошлого не помню,



Мир виден в ослепительных мгновеньях,

Он чище, и прекрасней, и огромней,

Чем в грёзах наших или сновиденьях.
Дождь мчится в ночь, как поезд, гулким стуком,

На перекрёстках пляшут водяные.

А по земле, по вспышкам, всплескам, звукам,

По разным судьбам движутся живые.

*****

Как быстро просыхает летний дождь,



Прошедший по асфальтовой дороге!

Всё, быстро исчезающее – ложь,

Мираж, туман, мгновение тревоги…
Так сохнут радости на дне сердец,

Надежды, замыслы и упованья,

Слезам и крови настаёт конец,

Равно как юности и ликованью…


Лишь память может всё запечатлеть,

Что раньше исцелять могло и ранить,

Жизнь может вспыхнуть, выгореть, истлеть,

От жизни остаётся только память.

*****

Ничего не осталось, только смерть и развалины.



И стервятник устало снижает круги.

И стоит над пустыней молча жертвенник каменный.

Время выпило жизнь – или выжгли враги?
Чьим богам поклонялось безвестное прошлое,

Чьим врагам доводилось тут грабить и жечь?

Всё – и память, и жизнь – мутной вечностью скошено.

Кто же был тот последний, кто выронил меч?


Замыкается время вселенными синими,

И поют небеса голосами людей,

А весна в море света плывёт над пустынями;

Лишь под солнцем рождается царство теней.



скачать файл


следующая страница >>
Смотрите также:
Приходовская Екатерина ступени бытия избранные стихи 1999 года
696.07kb.
Философия истории
584.35kb.
Категория бытия в философии
1065.35kb.
1. Дисциплина ``Избранные вопросы космофизики'', предназначенная для студентов направления ``Физика'', специализирующихся в области теоретической физики, дает знания по основам астрофизики и космологии
51.49kb.
Андрей Караулов. Русский ад-2 избранные главы
2471.48kb.
Совет управляющих
26.51kb.
Книга Бытия. Содержание 1 Семь дней творения согласно книге Бытия
3858.99kb.
А. Б. Паткуль Понятие обоснования самообоснования позитивных наук в фундаментальной онтологии М
160.36kb.
Психологической газеты «Мы и Мир» №5/6 март 1999 год (газета выходит с февраля 1997 года) Из рубрики «Психология и политика»
212.08kb.
На конец 3 четверти во 2 ступени обучалось 228 учащихся, 3 ступени 30 человек
8.98kb.
Закон от 24 ноября 1995 года n 181-фз о социальной защите инвалидов в Российское Федерации в ред. Федеральных законов от 24. 07. 1998 n 125-фз, от 04. 01. 1999 n 5-фз
44.95kb.
Правила устройства электроустановок шестое издание, дополненное с исправлениями госэнергонадзор Москва 2000
11619.7kb.