vmest.ru страница 1страница 2 ... страница 5страница 6
скачать файл




Н. И. Якушин

Л. В. Овчинникова

ИСТОРИЯ
ОТЕЧЕСТВЕННОЙ
ЖУРНАЛИСТИКИ


(1702–1917)
Выпуск 2

Учебное пособие

Москва

Институт международного права и экономики имени А. С. Грибоедова

2008

УТВЕРЖДЕНО

кафедрой истории
отечественной журналистики
и культуры русской речи

Якушин Н. И.

Овчинникова Л. В.
История отечественной журналистики (1702–1917). Выпуск 2: Учебное пособие. – М.: ИМПЭ им. А.С. Грибоедова, 2008. – 122 с.

Подготовлено на факультете журналистики.

© Якушин Н.И., Овчинникова Л.В., 2008

Предлагаемое учебное пособие является частью единого учебно-методического комплекта «История отечественной журналистики (1702–1917)», который состоит из учебного пособия, хрестоматии1, методических материалов (вопросы и задания в конце каждого раздела; тематика рефератов, курсовых и дипломных работ) и списка основной литературы для более глубокого освоения материала. Вопросы и задания, а также списки литературы приведены в конце каждой главы.


Структура учебно-методического пособия соответствует программе «История отечественной журналистики (1702–1917)» для студентов, обучающихся по специальности «Журналистика»:

Часть I. ХVIII век – время становления русской журналистики

Часть II. Русская журналистика первой половины ХIХ века

Глава 1. Русская журналистика в начале ХIХ века (1801–1812)

Глава 2. Русская журналистика периода Отечественной войны 1812 года и декабристского движения

Глава 3. Русская журналистика 1826 – начала 1840 года

Глава 4. Русская журналистика 1840-х годов и периода «мрачного семилетия» (1848–1855)

Часть III. Русская журналистика второй половины ХIХ века

Глава 1. Идейные искания, общественно-литературное движение и журналистика «эпохи реформ» 1856–1866 годов

Глава 2. Русская журналистика 1866–1881 годов

Глава 3. Русская журналистика 1880–1890-х годов



Часть IV. Русская журналистика конца ХIХ – начала ХХ века (до 1917 года)
В первом выпуске представлена часть I (ХVIII век – время становления русской журналистики).

Во второй выпуск вошли главы 1–4 части II.

Глава 1
РУССКАЯ ЖУРНАЛИСТИКА
в начале ХIХ века
(1801–1812)


Начало XIX столетия ознаменовалось восшествием на престол в марте 1801 года Александра I. Новый император не мог не учитывать недовольство, охватившее русское общество в период царствования Павла I (1796–1801), и считал необходимым провести реформы, направленные на смягчение павловского режима и создание условий для обновления и развития экономической, политической и культурной жизни в стране. «Начало царствования императора Александра было ознаменовано самыми блестящими надеждами для благосостояния России, – писал А.А. Бестужев. – Дворянство отдохнуло, купечество не жаловалось на кредит, войска служили без труда, ученые учились, чему хотели, все говорили, что думали. И все ко многому хорошему ждали еще лучшего». Уже в первые дни своего царствования Александр I издал указ о возвращении из ссылки и восстановлении в гражданских и служебных правах лиц, осужденных в период правления Екатерины II и Павла I за вольнодумство. Вслед за этим была упразднена Тайная экспедиция, творившая суд и беззаконие над лицами, подозреваемыми в политической неблагонадежности, снят запрет на ввоз из-за границы товаров, книг и периодических изданий, вновь было разрешено открывать частные типографии, запрещенные указом Екатерины II. Одновременно новый император создал Негласный комитет, призванный рассмотреть общий план государственных преобразований и решить наиболее важные вопросы внутренней жизни страны, среди которых был и крестьянский вопрос. Так, в 1801 году был объявлен закон, запрещавший продавать крестьян без земли, в 1804 – указ о «вольных хлебопашцах», дававший помещикам право отпускать крестьян на свободу и разрешать им самим выкупаться на волю. Однако оба эти нововведения не получили поддержки дворян и применялись только в редких случаях.

Важные преобразования были проведены в области образования: открыты университеты в Казани, Харькове, Вильно, Дерпте (Юрьеве); чуть позже (в 1818) Петербургский педагогический институт был преобразован в университет; кроме того, отрылось несколько лицеев: Демидовский в Ярославле (1805), Царскосельский (1811). Ришельевский в Одессе (1811). Расширилось до 45 количество гимназий. Все это не могло не расширить числа образованных людей и способствовало развитию культурного и умственного уровня русского общества и оживлению общественной жизни.

В 1804 году был принят первый в России цензурный Устав, в котором провозглашался «общий дух терпимости и любви к просвещению», а также говорилось о необходимости защитить авторов от произвола цензоров: им рекомендовалось руководствоваться «благоразумным снисхождением, удаляясь от всякого пристрастного толкования сочинений или мест в оных, которые по каким-либо мнимым причинам кажутся надлежащими запрещению», а если «место, подверженное сомнению, имеет двоякий смысл, то в таком случае лучше истолковать оное в выгоднейшим для сочинителя образом, нежели его преследовать». Кроме того, в Уставе отмечалось: «Цензура не должна задерживать рукописи, присылаемые на ее рассмотрение, особливо журналов и других периодических изданий, которые долженствуют выходить в срочное время и теряют цену новости, если издаются позже».

Устав, хотя и расширил права писателей и журналистов и даже допускал обсуждение в печати общественно-политические вопросы, тем не менее, предписывал «исследование всякой истины, относящейся до веры, человечества, гражданского состояния, законоположения, управления государственного или какой бы то ни было отрасли правления» проводить «скромно и благоразумно». Вместе с тем, Устав запрещал печатать сочинения, «противные правительству, нравственности, закону божию и личной чести граждан». А если такого рода произведения поступали в цензурное ведомство, то заявлять об этом правительству «для отыскания сочинителя и поступления с ним по закону». Кроме того, устав узаконил предварительную цензуру, а в дополнениях к нему предписывалось, например, запрещать писать о судебных делах и политике правительства без согласования с Министерством народного просвещения, о спектаклях императорских театров и игре актеров и т. п.

Оживление общественной и культурной жизни в стране, расширение читательской аудитории, возможность обсуждать вопросы, ранее находившиеся под запретом, оказало самое существенное влияние на развитие журналистики. В течение первого десятилетия XIX века возникло свыше 80 новых (в том числе и на иностранных языках) периодических изданий. Правда, большинству из них была уготовлена очень короткая жизнь. Некоторые журналы выходили в течение одного или двух лет, а иные исчезали после выхода в свет первого номера. Это объяснялось, прежде всего, тем, что в стране тогда не было массового читателя, поэтому тиражи журналов обычно не превышали 300–500 экземпляров, что делало их издание убыточным. Да и типографии того времени не были приспособлены для печатания больших тиражей. В немалой степени развитие периодической печати сдерживало отсутствие талантливых редакторов и профессиональных журналистов.

Точно также как и во второй половине XVIII столетия ведущее место в русской периодической печати первого десятилетия нового века занимали журналы. Издавались они преимущественно в Петербурге и Москве. Помимо литературных журналов, в это время стали выходить отраслевые издания (преимущественно правительственные) с профессиональной направленностью. В них освещались экономические, научно-технические и другие вопросы. Так, Министерство внутренних дел издавало «С.Петербургский журнал» (1804–1809), на страницах которого помимо высочайших указов, правительственных распоряжений печатались статьи об экономике, торговле, сельскому хозяйству, государственном управлении и т. п.; Академия наук выпускала «Технологический журнал» (1804–1815) и «Статистический журнал» (1806, 1808), Временный артиллерийский комитет Военного министерства – «Артиллерийский журнал» (1808–1811). Среди отраслевых журналов были и частные издания, например, «Экономический журнал, издаваемый Василием Кукольником» (1807). Тогда же появились журналы: музыкальные («Журнал отечественной музыки на 1806 год»), театральные («Драматический вестник», 1808), детские («Друг детей», 1809), военные («Военный журнал», 1810–1811), журналы для женщин («Журнал для милых», 1804) и др.

Что же касается газет, то их было мало, да и по своему содержанию они значительно уступали журналам. Тем не менее, газетное дело развивалось. Это было связано с усилением интереса достаточно широкого круга читателей (в том числе и малоимущих) к событиям, происходившим в России и за ее пределами. На это обратил внимание еще в 1802 году Н.М. Карамзин, который писал в своем журнале «Вестник Европы»: «Правда, что еще многие дворяне, и даже в хорошем состоянии, не берут газет; но зато купцы, мещане любят уже читать их. Самые бедные люди подписываются, и самые безграмотные желают знать, что пишут из чужих земель!» Популярность газет среди демократических слоев читателей объяснялась не только наличием в них оперативной информации о разных сторонах жизни России и других стран, но и тем, что подписка на них, по сравнению с журналами, была значительно дешевле.

В первом десятилетии нового века, кроме продолжавших выходить официальных газет «Санкт-Петербургские ведомости» и «Московские ведомости», на страницах которых печатались преимущественно правительственные указы, сообщения о придворных приемах и празднествах, информация о политической жизни европейских стран, некоторые министерства основали несколько отраслевых газет: Министерство торговли – «Санкт-Петербургские коммерческие ведомости» (1802–1810); Почтовый департамент министерства внутренних дел – «Северную почту» (1809–1819), носивших исключительно информационный характер. Там печатались сообщения о научных открытиях, технических новинках, торговых ярмарках, сведения о биржевых курсах, а также казенная хроника, официальные документы, правительственные указы и распоряжения, имевшие отношения к министерствам торговли и внутренних дел.

Кроме государственной газетной периодики в начале века издавались две частные газеты: «Московские ученые ведомости» (1805–1807) и «Гений времен. Исторический и политический журнал» (1807–1809).

Последняя, кстати, хотя и имела подзаголовок – «журнал», но, по существу, представляла собой типичную газету, как по периодичности (выходила два раза в неделю) и форме (страница в четвертую долю листа, разделенного на две колонки), так и по содержанию (в небольших статьях и коротких заметках, носивших, как правило, информационный характер, содержались сведения о разных сторонах политической, экономической, военной жизни преимущественно европейских стран). Следует отметить, что в начале XIX века в журналистике, не существовало четкого разграничения между понятиями «журнал» и «газета». Журналами часто именовали не только газеты, но и альманахи и разного рода сборники.

Примечательным событием в русской периодике первого десятилетия явилось издание первой в России провинциальной газеты – «Казанские известия» (1811–1820), на страницах которой помещались сообщения о состоянии торговли, промышленности и просвещения в губернии, печатались художественные произведения местных авторов, статьи и заметки, посвященные литературе и т. п. Позднее газеты появились и в других провинциальных городах: в Астрахани (1813), в Одессе (1820) и др.

Оживление русской общественной жизни и увеличение количества периодических изданий явилось стимулом для активизации литературной критики, которая хотя и отставала от развития литературы (прежде всего из-за отсутствия профессиональных критиков), тем не менее, становилась важной составной частью многих газет и журналов, приобретая порой общественное звучание. Примером могут служить критические выступления, связанные с обсуждением вопросов о необходимости создания самобытной национальной литературы и русского литературного языка, что отчасти проявилось в ходе полемики, развернувшейся вокруг брошюры А.С. Шишкова «Рассуждения о старом и новом слоге российского языка» (1803). О том, какое место должна занимать критика в периодических изданиях неоднократно говорили многие литераторы того времени. Так, писатель и переводчик Д.В. Дашков в статье «Нечто о журналах», опубликованной в «Санкт-Петербургском вестнике» (1812), писал: «Все может входить в состав... журнала: словесность, известия о важных открытиях в науках и искусствах и проч., но главной целию... должна быть – критика». Кроме того, Дашков сделал попытку сформулировать основные требования, которые необходимо предъявлять к журналисту, выступающему в печати с критическими статьями. По его мнению, ему необходимо иметь «основательные познания во всех частях», поскольку «все науки, искусства и художества принадлежат к обширному кругу его занятий» и призывал его «остерегаться пристрастия или гнусной зависти к великим дарованиям».

В течение первого десятилетия XIX века русские журналы начинают приобретать устойчивую типологическую структуру. Почти в каждом из них выделялись тематические отделы: русская и иностранная словесность, искусства, науки и т. п. Особая роль отводилась критике, хотя как особая форма литературной деятельности она только еще складывалась и занималась преимущественно лишь аннотацией произведений художественной литературы и суждениями о их языке и стиле без анализа идейного содержания и связи с жизнью.

Самым известным и долговременным журналом первого десятилетия нового столетия был «Вестник Европы» (1802–1830). На протяжении почти тридцатилетнего существования его направление, структура и состав сотрудников претерпевали постоянные изменения в зависимости от исторической обстановки в стране и от того, кто его возглавлял. Журнал возник по инициативе московского книгопродавца И.В. Попова, а в качестве редактора был приглашен Н.М. Карамзин. Именно ему принадлежала идея превратить «Вестник Европы» в новый тип общественно-политического и литературного журнала с постоянными отделами и строгой периодичностью (выходил два раза в месяц), органически сочетавшего в себе политику и литературу. В нем было два постоянных отдела: «Литература и Смесь» и «Политика». Последний состоял из двух частей: «Общее обозрение» и «Известия и замечания».

В литературном отделе принимали участие Г.Р. Державин, И.И. Дмитриев, В.В. Измайлов, В.Л. Пушкин и др., а также печатались переводы произведений иностранных авторов (Жанлис, Грей и др.). Здесь же помещались заметки из иностранных журналов, статьи, посвященные событиям русской истории.

Особое внимание в журнале уделялось отделу «Политика». Его содержание отличалось многогранностью и широким освещением разных сторон политической и общественной жизни зарубежных стран, внешней и внутренней политики России. Здесь публиковались политические обозрения европейских событий, статьи и заметки, затрагивавшие актуальные проблемы российской действительности, письма и речи государственных деятелей, официальные документы (манифесты, указы, отчеты и т. п.), переводы статей из иностранных газет и журналов с комментариями редакции. Отделом единолично руководил сам Карамзин. Он внимательно следил за развитием международной жизни и событиями, происходившими в его собственной стране, отбирал и редактировал материалы, подготовленные к печати, стремясь придать их изложению живой и увлекательный характер. Позднее В.Г. Белинский, писал, что «Вестнику Европы» было свойственно «умное, живое передавание политических новостей, столь интересных в то время».

Примечательной особенностью «Вестника Европы» было то, что в нем не было отдела критики. Его отсутствие Карамзин объяснял тем, что, по его мнению, серьезная критика возможна там, где есть богатая литература. «Хорошая критика, – писал он в статье «К читателям «Вестника», – есть роскошь литературы: она рождается от великого богатства литературы; а мы еще не Крезы». Это вовсе не означало, что Карамзин был против публикации критических отзывов о произведениях современной ему литературы. Он даже печатал их в своем журнале. Правда, при этом полагал, что критика должна касаться только произведений достойных похвалы. «...Если выйдет нечто изрядное, для чего не похвалить? – писал он. – Самая умеренная похвала бывает часто великим ободрением для юного таланта. Таково мое правило».

Это «правило» привело к тому, что литературно-критические материалы в «Вестнике Европы» появлялись довольно редко. Да и активность самого Карамзина как литературного критика в это время заметно снизилась, хотя он и опубликовал в своем журнале несколько интересных критических работ («О книжной торговле и любви к чтению в России», «Мысли об уединении», «Отчего в России мало авторских талантов» и др.). Гораздо больше внимания в это время Карамзин уделял работе над публицистическими статьями, которые во многом определяли характер и направление журнала.

Уже в программной статье «К издателю», открывавшей первый номер «Вестника Европы», Карамзин заявил, что, по его мнению, главное достоинство любого журнала (в том числе и его собственного) должно заключаться в разнообразии его содержания и в стремлении «помогать нравственному образованию такого великого и сильного народа, как российский; развивать идеи, указывать новые красоты в жизни, питать душу моральными удовольствиями...».

Общее направление «Вестника Европы» носило открыто выраженный просветительский и гуманистический характер. Будущее России и надежду на её процветание Карамзин (как и большинство либерально настроенных деятелей русской культуры) связывал с правлением просвещенного монарха, распространением образования среди всех сословий и нравственным воспитанием современного общества, чему в немалой степени, по его мнению, должна способствовать изящная словесность. Признавая историческую неизбежность происходящих в мире «нравственных и политических» революций, Карамзин, тем не менее, считал их «опасными и безрассудными». Он ратовал за эволюционный путь развития государств, в которых сложились устойчивые политические, экономические и общественные отношения. Именно таким государством ему представлялась современная Россия. Карамзин призывал к установлению «сердечной связи» правителя со своими подданными, к совершенствованию гражданских законов, к гуманному и великодушному отношению помещиков к крепостным крестьянам, считая, что каждый из них должен быть их «защитником в гражданских отношениях, помощником в бедствиях случая и натуры». Все эти призывы во многом соответствовали духу времени, связанного с либеральными устремлениями Александра I в начале его царствования.

Нельзя не отметить, что свои взгляды и убеждения, изложенные в публицистических статьях, Карамзин стремился донести до читателей в доступной и ненавязчивой форме, живым и образным литературным языком. На это не мог не обратить внимания В.Г. Белинский, который писал: «Карамзин, преобразовав ломоносовскую прозу, приближает ее к естественной русской речи и прививает к русской литературе элементы изящного французского публицизма».

В 1804 году Карамзин, получив звание придворного историографа, покинул «Вестник Европы». В последующие годы журнал несколько раз менял редакторов. Сначала его возглавил писатель-сентименталист и журналист П.П. Сумароков, а затем с 1805 по 1807 и с 1810 до закрытия журналом руководил профессор Московского университета, историк М.Т. Каченовский. В период с 1808–1809 «Вестник Европы» редактировал В.А. Жуковский (в 1810 году вместе с М.Т. Каченовским).

Уже при П.П. Сумарокове «Вестник Европы» становится преимущественно литературным журналом. Из него исчезли политические обозрения, введенные Карамзиным, а отдел «Политика» стал заполняться краткими известиями информационного характера. С приходом в журнал М.Т. Каченовского «Вестник Европы» утратил дух современности. Значительное место в нем теперь отводилось научным статьям исторического содержания, автором которых чаще всего выступал сам редактор. Правда, в период войны с Францией (1805–1807) в «Вестнике Европы» печатались политические фельетоны с ярко выраженной антифранцузской направленностью и патриотические стихи В.А. Жуковского, С.Н. Глинки. А.Ф. Мерзлякова и др. Что же касается проблем внутренней политики, то они в журнале практически не обсуждались. В литературном отделе по-прежнему печатались стихи В.А. Жуковского, переводы произведений иностранных писателей (А. Коцебу, Ф. Шатобриана и др.), изредка появлялись сочинения и новых авторов (К.Н. Батюшков, А.Ф. Воейков, А.А. Писарев). Помимо художественных произведений с 1806 года в журнале стали публиковаться критические статьи и театральные рецензии. В полемике, развернувшейся вокруг трактата «Рассуждение о старом и новом слоге российского языка», «Вестник Европы» целиком поддержал его автора А.С. Шишкова.

Живую струю в «Вестник Европы» внес В.А. Жуковский, редактировавший журнал в 1808–1809 гг. При нем во многом преобразился литературный отдел, в котором, помимо самого Жуковского, стали активно сотрудничать К.Н. Батюшков, П.А. Вяземский, Н.И. Гнедич, Д.В. Давыдов и другие известные поэты того времени. В программной статье «Письмо из уезда к издателю» (1808, № 1) Жуковский писал, что ставит перед журналом главным образом просветительские задачи, а обязанность журналиста видел в том, чтобы «под маскою занимательного и приятного скрывать полезное и наставительное». При этом он весьма скептически отзывался о полезности для журнала публикацию политических и литературно-критических статей, поскольку, по его мнению, политика в стране, где общее мнение покорно деятельной власти, не может иметь особенной привлекательности», а критике вообще нечем заниматься. «Какую пользу может приносить в России критика? – спрашивал Жуковский. – Что прикажете критиковать? Посредственные переводы посредственных романов?» И далее он почти дословно повторил слова Карамзина: «Критика и роскошь – дочери богатства; в мы еще не Крезы в литературе». Впрочем, позднее в статье «О критике» (1809, № 2) Жуковский признал важность критики и охотно печатал в «Вестнике Европы» статьи разных авторов, посвященные вопросам литературы и критики, и опубликовал более десяти своих собственных литературно-критических работ.

В 1810 году серьезные изменения претерпела структура «Вестника Европы». Вместо двух отделов в журнале стало пять: «Словесность», «Наука и искусство», «Критика», «Смесь», «Обозрение происшествий». Но эта реорганизация почти ничего не изменила в журнале, который с 1811 года единолично возглавил М.Т. Каченовский. Под его руководством «Вестник Европы» становился все более и более консервативным изданием, последовательно выступавшим против политического либерализма, прогрессивных общественных идей и новых веяний в литературе. Важное место в журнале начинает занимать научный отдел, в котором публиковались статьи по истории и археологии, написанные профессорами П.Ф. Калайдовичем, А.Ф. Мерзляковым, И.М. Снегиревым и др., а также исторические труды иностранных авторов (например, Э. Гиббона).

Несколько оживился «Вестник Европы» в 1814 году, когда вместо заболевшего М.Т.Каченовского журнал в течение года редактировал В.В. Измайлов. При нем состоялся литературный дебют А.А. Дельвига, А.С. Пушкина, А.С. Грибоедова и других молодых поэтов.

В 1815 году М.Т. Каченовский вернулся в «Вестник Европы» и окончательно определил его состав, сохранившийся вплоть до закрытия журнала: 1. «Изящная словесность», 2. «Изящные искусства», 3. «Современные история и политика», 4. «Смесь».

Несмотря на объявленную достаточно широкую программу «Вестник Европы» все более и более превращался у сугубо «ученое» издание, в котором отдавалось предпочтение статьям по истории, политической экономике и экономической жизни России, а также переводам трудов иностранных ученых, посвященным истории и литературе славянских стран. Одновременно значительно потускнел литературный отдел. Один за другим журнал покинули К.Н. Ба­тюшков, В.А. Жуковский, П.А. Вяземский, Н.И. Гнедич и др. «Вестник Европы» становится оплотом консервативных сил и начинает активную борьбу против новых веяний в литературе и прежде всего с романтизмом. М.Т. Каче­нов­ский призывал «изучивать древних классиков» и не «тратить время на подражание модным виршам, которых достоинство еще не доказано критикой». Он враждебно относился к писателям молодого поколения и охотно печатал статьи, направленные против А.С. Пушкина и поэтов-романтиков, полемизировал с журналом «Московский телеграф», который в 1825 году стал издавать Н.А. По­левой, увидев в нем нежелательного конкурента. По словам В.Г. Бе­лин­ского, уже «в начале двадцатых годов «Вестник Европы» был идеалом мертвенности, сухости, скуки и какой-то старческой заплесневелости». К концу десятилетия, не выдержав конкуренции с «Московским телеграфом» и растеряв подписчиков, «Вестник Европы» в 1830 году был закрыт.

Успех «Вестника Европы» под руководством Н.М. Карамзина оказал самое существенное влияние на развитие журналистки первого десятилетия XIX века. Почти одновременно с «Вестником Европы» и под несомненным влиянием его редактора возникло несколько новых журналов. Одним из первых среди них был «Московский Меркурий» (1803), издававшийся последователем Карамзина и защитником сентиментализма писателем П.И. Макаровым который заявил что его журнал будет рассчитан прежде всего на вкус «любезных, милых повелительниц». Обращаясь к ним, он писал: «Вам, любезные читательницы, желаем предпочтительно угодить; ваше только одобрение назовем венцом и счастьем своим». Желая угодить «любезным читательницам», Макаров неоднократно выступал на страницах журнала в защиту женского образования и развивал идею общественного призвания женщины.

«Московский Меркурий» хотя и был сугубо литературным журналом, тем не менее, в нем отчетливо просматривались черты умеренно-либерального издания. Выходил он ежемесячно и состоял из пяти отделов: «Смесь», «Российская литература», «Иностранная литература», «Уведомления» и «Моды».

В отделе «Смесь» публиковались произведения русских и иностранных авторов, чье творчество развивалось в русле сентиментализма. Помимо самого Макарова, там печатались сочинения И.И. Дмитриева, П.И. Шаликова, Н.Ф. Ос­то­лопова и других поэтов и писателей-сентименталистов, а также переводы чувствительных повестей французских писателей. Содержание отделов «Российская литература» и «Иностранная литература» составляли критические статьи и рецензии. В «Уведомлениях» печаталась русская и иностранная литературная информация, а в отделе «Моды» описывались новейшие парижские моды, которые иллюстрировались раскрашенными картинками модной одежды, шляп и т. п.

В отличие от других журналов того времени ведущее место в «Московском Меркурии» занимала критика, под которую были отведены отделы «Российская литература» и «Иностранная литература». Уже в объявлении о начале издания «Московского Меркурия» Макаров уведомил читателей, что основную часть его журнала будет составлять «беспристрастное рассмотрение всех новых сочинений и переводов» с целью помочь читателю выбрать книгу для чтения и указать ему на хорошие и дурные ее стороны. Неотъемлимой частью критики он считал полемику, призванной оберегать литературу от бездарных сочинений и проповеди консервативных идей. Одним из первых Макаров выступил с резким осуждением трактата А.С. Шишкова «Рассуждение о старом и нового слоге российского языка», усмотрев в нем стремление «возвратить нас к обычаям и понятиям старинным» и проповедь рутины и косности. По словам А.А. Бестужева, «Макаров острыми критиками своими оказал значительную услугу словесности». С его мнением принято было считаться, а кое-кто и побаивался его резких и нелицеприятных суждений. Со смертью Макарова в ноябре 1804 года издание «Московского Меркурия» прекратилось.

В 1801 году в Петербурге возникло «Вольное общество любителей словесности, наук и художеств», сыгравшее важную роль в развитии русской общественной мысли и журналистики. В него вошли молодые писатели, переводчики, публицисты, художники, архитекторы. Это были преимущественно люди недворянского происхождения, выходцы из мелкочиновной, духовной и купеческой среды. Среди них были и незаконнорожденные дети известных аристократов (И.П. Пнин, А.Х. Востоков и др.). Учредителями «Вольного общества» стали И.М. Борн и В.В. Попугаев. В его состав входили также И.П. Пнин, В.В. Попугаев, старшие сыновья А.Н. Радищева – Николай и Василий и др. Всего свыше двадцати членов. Их нередко называют «радищевцами». И это во многом справедливо, поскольку они вслед за А.Н. Радищевым выступали против крепостного права, отстаивали идеалы гражданских свобод для всех сословий, ратовали за развитие просвещения и национальной культуры. Вместе с тем члены «Вольного общества» в отличие от Радищева отвергали революционные действия и так и не выработали определенной социально-политической программы. К тому же в их рядах не было идейного единства. Одни из них (Пнин, Борн, Востоков, Попугаев) являлись сторонниками продолжения и развития демократических убеждений и просветительных идей Радищева, другие (А.Е. Измайлов, Н.П. Брусилов, Д.И. Языков и др.) придерживались более умеренных взглядов и в своих требованиях не выходили за рамки правительственного либерализма. Не отличались последовательностью и литературно-эстети­ческие взгляды отдельных членов Общества. Представители умеренного крыла выступали сторонниками Карамзина. Что же касается радикально настроенных деятелей, то они боролись за утверждение гражданских начал в искусстве и за развитие национальной культуры.

Разные суждения высказывали члены «Вольного общества» и в связи с полемикой, развернувшейся вокруг проблемы литературного языка. Умеренные члены Общества безоговорочно поддерживали языковые принципы Карамзина, а «радищевцы» выступали не только против неприятия А.С. Шишковым иностранных заимствований и его рассуждений о преимуществах церковно-славянского слога, к которому он призывал вернуться, но и против манерности и гладкости «нового слога» карамзинистов. Они ратовали за демократизацию литературного языка, за включение в него элементов «просторечья».

Члены «Вольного общества», стремясь познакомить читающую публику со своими общественно-политическими и литературными взглядами, предприняли издание ряда периодических и непериодических печатных органов. В 1802–1803 гг. из печати вышли две книжки стихотворного альманаха «Свиток муз», вслед за этим было предпринято издание журналов «Периодическое издание Вольного общества словесности и художеств» (1804; вышел один номер), «Журнал российской словесности» (1805), «Цветник» (1809–1810) и «Санкт-Петербургский вестник» (1812). В известной степени взгляды членов «Вольного общества» разделял журнал «Северный вестник» (1804–1805).

Первым издателем альманахов в русской журналистике был Карамзин. Еще в конце XVIII века он выпустил в свет альманахи «Аглая» (1794–1795) и «Аониды» (1796, 1797, 1799) и с этого времени и до начала 1850-х гг. альманахи становятся неотъемлемой частью отечественный журналистики, хотя они во многих отношениях уступали газетам и журналам. Выходили они, как правило, небольшими тиражами, один раз в год и не отличались долговечностью.

В отличие от альманахов Карамзина и его последователей, которые прежде всего преследовали цель дать «прекрасным читательницам» легкое и приятное чтение, альманах «Свиток муз» отдавал предпочтение высокой поэзии. На его страницах печатались патриотические, философские и политические стихотворения И. Борна, В. Попугаева, А. Востокова и других членов «Вольного общества», пронизанные гражданским пафосом. Первая книжка альманаха открывалась «Одой достойным» А.Востокова – своеобразной политической декларацией, в которой отчетливо звучали тираноборческие мотивы и защищались права народа на свержение и даже убийство тирана. Наиболее интересной и содержательной оказалась вторая книжка «Свитка муз», куда помимо гражданских од и обличительных посланий, написанных В. Попугаевым («Письмо к Борну», «К друзьям»), И. Кованько («К бардам потомства») и др., был включен некролог И. Борна «На смерть Радищева», написанный в духе ораторской речи, обращенной к «любезным друзьям» и единомышленникам. Некролог состоял из двух частей: стихотворной, в которой прославлялся подвиг «истинно великого человека», ставшего жертвой деспотического произвола, и прозаической, где повествовалось о жизни Радищева в сибирской ссылке.

Поскольку форма стихотворного альманаха далеко не всегда могла в достаточной степени полно отразить взгляды радикально-демократически настроенных членов «Вольного общества», они приступили в 1804 году к выпуску общественно-политического журнала «Периодическое издание Вольного общества любителей словесности, наук и художеств», который возглавил В. Попугаев. Это был печатный орган с отчетливо выраженной публицистической направленностью. На его страницах было опубликовано несколько серьезных статьей и очерков И. Пнина, И. Борна и В. Попугаева, посвященных политическим и нравственным проблемам. Так, И. Борн в очерке «Ночь» выражал надежду на мирное разрешение социальных противоречий и призывал своих товарищей помогать распространению «истины» и просвещения во имя народного процветания и блага человечества. Вслед за ним В. Попугаев в ряде статей («О политическом просвещении вообще», Об истории как предмете политического воспитания» и др.) выступил против сословных предрассудков и предложил свою программу «общественного воспитания» и « политического просвещения» для всех социальных слоев общества.

Особое место среди материалов «Периодического издания» занимает очерк В. Попугаева «Негр», в котором автор выступил с гневным и страстным протестом против рабства и угнетения человеческой личности. Не желая привлекать излишнее внимание цензуры и скрыть антикрепостнический характер своего произведения, В.Попугаев снабдил его подзаголовком «Перевод с испанского». В очерке речь идет о трагической судьбе негра Амру, захваченного работорговцами в плен. В его уста автор вложил монолог, прозвучавший грозным предупреждением всем угнетателям, в том числе и русским крепостникам: «А вы, о, варвары! страшитесь гнева небес за коварное сердце ваше..., вы дадите отчет за отнятие воли нашей! Кто дал вам на сие право? Кто позволил вам делать невольниками собратий ваших?... Воля не есть продажною, цена золота всего света не в силах оной заплатить, и никакой тиран ею располагать не должен».

И хотя в силу целого ряда причин из печати вышла всего одна книжка «Периодического издания» этот журнал во многом способствовал развитию таких публицистических жанров как воззвание, послание, диалог и др.

Более долговечным оказался другой печатный орган «Вольного общества» «Журнал российской словесности» (1805), который выходил ежемесячно в Петербурге под редакцией Н.П. Брусилова. Всего вышло 12 номеров. В объявлении об издании журнала говорилось, что «главный предмет оного есть российская словесность». Однако его содержание выходило за рамки объявленной программы. Наряду с художественными произведениями в журнале печатались и публицистические статьи, в которых содержалась критика существующих порядков в стране, а также затрагивались такие проблемы, как долг гражданина, свобода мысли и слова, права закрепощенного крестьянства и др. Одним из самых активных сотрудников журнала был лидер «Вольного общества» и талантливый публицист И.П. Пнин. Он выступал с произведениями самых разных жанров, но особое место среди них занимала публицистика, во многом развивавшая идеи Радищева. В своих статьях он выступал против самодержавных порядков, призывал к гуманному отношению к человеку и уважению его прав. Ярким публицистическим пафосом были пронизаны и его художественные произведения. В первом номере журнала Пнин опубликовал оду «Человек», в которой не только гневно осудил поработителей, угнетавших и подавлявших человеческую личность, но и открыто призвал человека доказать свое право на свободу и самому добиться освобождения от рабских цепей:

Когда б познал свою раб должность

Спросил природу, рассмотрел:

Кто бедствий всех его виною?

Тогда бы тою же рукою

Сорвал он цепи, что надел.

Значительное место в журнале занимали различные жанры политической сатиры: притчи, басни, эпиграммы, памфлеты, фельетоны и др., широко практиковавшиеся в публицистике XVIII века. Примером такого рода произведений может служить памфлет Пнина «Сочинитель и цензор», где прозвучала мысль о том, что существующая цензура является препятствием для распространения прогрессивных идей и идеалов, а также фельетон-аллегория Н.П. Брусилова «Путешествие на остров подлецов», автор которого поведал читателям о том, как он во время своего путешествия по «океану Коварства» попал в столицу «острова Подлецов» с весьма примечательным названием – «Лесть», где господствовали владельцы «всемогущего металла» лестью, хитростью и пронырством разорявшие честных людей. «Я приехал сюда нарочно за тем, – с горечью поведал путешественнику Англичанин, проживший на острове несколько недель, – чтобы увидеть разницу между человеком и подлецом. Здесь деньги есть всемогущий металл..., и человек без денег есть жалкая тварь». Аллегория в фельетоне Брусилова, хотя и носила достаточно абстрактный характер, вне всякого сомнения, была направлена против современного автору общества, где господствовали ложь, продажность и власть денежного мешка.

Взгляды членов «Вольного общества» во многом разделял ежемесячный общественно-политический и литературный журнал «Северный вестник» (1804–1805), выходивший под редакцией чиновника министерства народного просвещения И.И. Мартынова. Программа этого издания была достаточно обширна. В нем публиковались статьи, посвященные проблемам общественного и государственного устройства, законодательства, просвещения и образования. Кроме того, в «Северном вестнике» печатались достаточно тенденциозно подобранные переводы сочинений античных и новейших европейских мыслителей (Тацита, Гиббона, Гольбаха, Монтескье и др.), в которых затрагивались эти вопросы. В частности, побирались такие отрывки из произведений этих авторов, в которых шла речь о необходимости установления разумного государственного устройства и законодательства. В журнале была также представлена довольно обширная научно-литературная информация. Серьезное внимание журнал уделял литературной критике. В отделах «Словесность» и «Поэзия» печатались рецензии и библиографические заметки о новых русских и иностранных изданиях, о театральных постановках, сообщения о деятельности русских и зарубежных ученых обществ и т. п. Одним из первых «Северный вестник» выступил против Шишкова и открыто поддерживал Карамзина и его сторонников. Вместе с тем журнал резко критиковал эпигонов сентиментализма.

В последний год своей деятельности «Вольное общество» предприняло издание журнала «Санкт-Петербургский вестник», который выходил ежемесячно с января по октябрь 1812 года. Это был преимущественно литературно-критический журнал, почти не обращавшийся к освещению общественно-политических проблем. На его страницах печатались переводы произведений Гомера, Горация, Шекспира, Парни, стихотворения К.Н. Батюшкова, А.Х. Вос­то­ко­ва, Н.И. Гнедича и других иностранных и отечественных авторов, а также обстоятельные статьи по вопросам истории, эстетике и даже точных наук. Ведущее место в журнале занимал отдел критики, в котором публиковались рецензии на книги самого разного содержания. О причинах, которые привели к закрытию журнала, спустя несколько лет писал участник «Вольного общества» Н.И. Греч: «Санкт-Петербургский вестник прекратился на десятой книжке, в октябре 1812 г. Тогда было не до литературы: большая часть членов разбрелась в разные стороны. Общество закрылось. Но и без тревог той эпохи оно прекратилось бы само собой. В нем не было общего интереса, не было единства воли и направления».

Издания «Вольного общества любителей словесности и художеств» сыграли важную роль в развитии прогрессивной русской журналистики. Продолжая традиции сатирической журналистики XVIII века, журналы «радищевцев» часто выступали в качестве оппонентов правительственному курсу Александра I, осуждали крепостнические порядки и несовершенство законов, критиковали цензурное ведомство, ратовали за развитие просвещения и образования. И хотя тиражи их изданий не превышали 300–1000 экземпляров и читателями были представители немногочисленного круга просвещенного дворянства, тем не менее, они во многом содействовали развитию общественного самосознания и развитию национальной культуры.

Прогрессивные тенденции, отчетливо проявившиеся в журналистике начала XIX века, не могли не вызвать серьезной озабоченности в консервативно настроенных кругах русского общества. С целью нейтрализовать влияние прогрессивной журналистики была предпринята попытка создания периодических изданий, призванных последовательно отстаивать политический курс правительства и поддерживать официальную идеологию. Первым такого рода изданием явился ежемесячный общественно-политический и литературный журнал «Русский вестник», который выходил в Москве с 1808 по 1820 год (в 1824 г. вышло еще шесть номеров) под редакцией С.Н. Глинки на средства московского генерал-губернатора Ф.В. Растопчина. По мысли организаторов «Русского вестника», новый журнал, в противовес «Вестнику Европы» с его ориентацией на зарубежные материалы, должен был стать органом официально-«патриоти­ческого» направления и печатать произведения только русских авторов. Постоянных отделов в журнале не было, и материалы публиковались без какой-либо системы. Исторические и нравоучительные повести перемежались в нем со статьями, посвященными истории России, жизнеописаниями известных русских государственных и военных деятелей и ура-патриотическими стихотворениями. В первый год издания в «Русском вестнике» принимали участие Г.Р. Дер­жавин, И.И. Дмитриев, Ф.Н. Глинка, И.Ф. Богданович и другие известные писатели и поэты. Но уже в следующем году они покинули журнал, и главным его сотрудником стал С.Н. Глинка, который стремился привить читателям патриотические чувства, мысль о превосходстве всего русского (истории, характера, языка), отрицая при этом все успехи европейского просвещения. Все это на первых порах определило успех «Русского вестника» в консервативно настроенных кругах русского общества и прежде всего среди провинциальной публики. Примечательно, что из тиража в 660 экземпляров 450 разошлось в провинции, 200 – в Москве и лишь 10 – в Петербурге.

Идейное направление «Русского вестника» во многом разделял журнал «Чтение в Беседе любителей русского слова» (1811–1816), который издавал в Петербурге руководитель общества «Беседа любителей русского слова» А.С. Шиш­ков с целью распространения в обществе охранительных идей. Это был скорее сборник, нежели журнал. Выходил он нерегулярно: по 1, 2, 3 номера в год. Всего было опубликовано 19 книг, каждая из которых представляла собой образец типографского мастерства: в роскошном переплете, на отличной бумаге, все страницы украшались искусно выполненными заставками и виньетками. Но все это никак не способствовало популярности «Чтений». Тираж журнала не превышал 100 экземпляров и распространялся преимущественно среди членов «Беседы». Они же были и основными сотрудниками издания. В «Чтениях» печатались верноподданнические стихотворения, нравоучительные сочинения эпигонов классицизма С.А. Ширинского-Шихматова, Д.И. Хвостова, Ф.П. Львова и др., статьи о языке, по истории и теории поэзии. Помимо этого в журнале регулярно публиковались отчеты и протоколы заседаний общества. Лишь изредка его страницы украшали басни И.А. Крылова, стихотворения и статьи Г.Р. Державина. Издание «Чтений» прекратилось после распада «Беседы любителей русского слова» в 1816 году.

Особенностью журналистики начала XIX столетия было то, что в ней нашли свое отражение новые веяния, связанные с оживлением общественной и культурной жизни в стране. Как и в последнее десятилетие XVIII века, среди периодических изданий ведущее место занимали журналы. Газет издавалось мало и содержание их далеко не всегда в полной мере отражало всю сложность общественной и литературной жизни своего времени. Что же касается журналов, то многие из них стремились расширить круг обсуждаемых на своих страницах вопросов, и довольно часто стали обращаться к освещению общественно значимых проблем. При этом, некоторые из них становились органами печати, отражавшими взгляды и убеждения определенных литературно-общественных объединений (таких, например, как «Вольное общество словесности, наук и художеств», «Беседа любителей русского слова»). Помимо литературных журналов в это время стали издаваться отраслевые журналы и появились первые провинциальные газеты.
Вопросы и задания


  1. Охарактеризуйте основные особенности общественно-политической жизни России начала XIX столетия.

  2. Дайте общую оценку состояния периодической печати в первое десятилетие XIX века.

  3. Назовите наиболее популярные журналы и газеты этого времени.

  4. Осветите важнейшие вопросы литературной полемики, которая велась на страницах журналов в начале века.

  5. Проследите этапы истории издания журнала «Вестник Европы» и изменения в его направлении.

  6. Назовите печатные издания «Вольного общества словесности, наук и художеств» и определите их идейное содержание.

  7. Перечислите отраслевые журналы, издававшиеся в начале XIX столетия.


скачать файл


следующая страница >>
Смотрите также:
Утверждено кафедрой истории отечественной журналистики и культуры русской речи Якушин Н. И. Овчинникова Л. В. История
2329.18kb.
II. содержание курса Введение в изучение Истории Древней Руси
1295.76kb.
Рабочая программа дисциплины История Русской Православной Церкви Направление подготовки 033300 Религиоведение
166.71kb.
Учебно-методический комплекс по дисциплине дс. 2 История русской литературы и культуры рубежа XIX-XX веков
975.62kb.
Николай Михайлович Карамзин История государства Российского. Том VII история государства Российского – 7 Аннотация «История Карамзина»
1662.67kb.
Шпаргалка по Отечественной истории
1946.9kb.
"Несказанное, синее, нежное "
144.87kb.
Кафедра всемирной и отечественной истории методические материалы по курсу «отечественная история» для факультета мбда
176.94kb.
Отчет о деятельности кафедры еврейской культуры в 2012 году Информация о научной, учебно-методической
279.71kb.
Курс «История мировой и отечественной культуры» включён в учебный план в соответствии с Государственными требованиями к уровню подготовки дипломированного специалиста с высшим образованием
609.79kb.
Лохова Татьяна Владимировна Сельское хозяйство Краснодарского края и Адыгейской автономной области в годы Великой Отечественной войны
723.33kb.
Закарпатское областное общество русской культуры «Русь» тепло поздравляет с юбилейным Днём рождения родилась 02. 01
11.69kb.